На главную
Законодательство Публикации Пенсионные модели О проекте Статистика
Законодательство Публикации Пенсионные модели О проекте Статистика

Введение

Раздел 1.    Обзор гендерных проблем в пенсионных системах различных стан мира.

Раздел 2. Гендерный анализ пенсионного и трудового законодательства Республики Молдова

Раздел 3. Анализ демографического контекста гендерных проблем Республики Молдова

Раздел 4. Рынок труда Республики Молдова и его влияние на направления реформирования пенсионно системы: гендерные аспекты.

Раздел  5. Заработная плата и доходы

Раздел 6. Проблемы неформальной занятости

Раздел  7. Проблемы социально полезных перерывов в занятости

Раздел  8. Гендерные проблемы современных пенсионеров

Раздел  9. Прогноз специфики пенсионного страхования мужчин и женщин, пенсионные трансферты между полами, в созданной пенсионной системе

Раздел 10. Гендерный анализ формул исчисления размеров пенсий по возрасту

Раздел 11. Увеличение пенсионного возраста. Выравнивание пенсионного возраста?

Раздел 12. Выводы

Раздел 13. Блиография




Гендерные аспекты пенсионной системы Республики Молдова

Раздел 6. Неформальная занятость

Для современной пенсионной системы в Республике Молдова, построенной на принципе солидарности поколений, масштабы неформальной занятости напрямую определяют значения основных параметров пенсионной системы: число плательщиков в систему пенсионного страхования, размеры пенсионных взносов и реальную пенсионную нагрузку, сложившуюся в стране, т.е. соотношение официально занятых в экономике и получателей пенсий по старости. Раздел посвящен  анализу масштабов неформальной занятости мужчин и женщин, степени распространенности различных ее форм.

Высокий уровень неформальной занятости населения может влиять на пенсионную систему двояко. Во-первых, при прочих равных условиях, чем выше уровень неформальной занятости населения, тем ниже поток поступлений финансовых средств в пенсионную кассу, что, соответственно, уменьшает возможности пенсионной системы по увеличению размеров пенсий. Во-вторых, сами неофициально занятые работники, являясь сегодня «невидимыми» для пенсионной системы, в будущем будут иметь большие сложности с подтверждением своего страхового стажа, необходимого им для получения пенсии по старости.  

Поскольку многие аспекты неформальной занятости так или иначе затрагивались в предыдущих параграфах, здесь следует остановиться прежде всего, на данных официальной статистики неформальной занятости в Республике Молдова. Даже по официальным данным, в которых чрезвычайно сложно отразить  масштабы неформальной занятости в силу ее природы, ее уровень весьма значителен и составляет 38%. Неформальная занятость включает на одну треть неформальную занятость на предприятиях формального сектора и примерно на две трети – занятость в неформальном секторе. Организационный характер последнего недостаточно четок. Трудно винить в этом официальную статистику, исследование этого вопроса во всем мире представляет чрезвычайную методологическую и организационную сложность. Вместе с тем ввиду особой значимости неформального сектора в экономиках стран СНГ, где она оказывает существенное влияние на многие параметры экономической деятельности - такие, как структура ВВП, численность занятых, размер оплаты труда и др. -  совершенствование системы учета неформальной занятости имеет огромное значение.

Формулировка «хозяйства неформального сектора», используемая в статистической отчетности Молдовы допускает различные толкования, в особенности, когда наряду с этой формой и помимо нее статистика фиксирует «домашние хозяйства, которые производят продукцию для собственного потребления», а также «домашние хозяйства, которые нанимают рабочую силу». Все три типа рассматриваются раздельно, а данные по ним суммируются. Очевидно, в разграничении трех названных типов неформальных хозяйств не просматривается общего критерия, по крайней мере, из названия. Возможно, в первом случае речь идет о хозяйствах рыночного типа, выходящих на рынок со своими товарами или услугами, тогда как во втором – натуральные хозяйства. Но при этом те и другие в принципе могут нанимать рабочую силу. Между тем «домашние хозяйства, которые нанимают рабочую силу», выделены отдельно. Кроме того, возможны смешанные типы хозяйств, когда часть продукции производится для собственного потребления, а часть представляется на продажу. Будут ли такие хозяйства фиксироваться в качестве «хозяйств неформального сектора», «хозяйств, производящих продукцию для собственного потребления» или – в случае, если они к тому же нанимают рабочую силу – в качестве «домашних хозяйств, которые нанимают рабочую силу»?

Источник: данные Бюро национальной статистики.

Основную часть неформальной занятости в формальном секторе экономики, как видно из рисунка 23, составляют сельское хозяйство, торговля и сфера услуг (учтены совместно). Вместе это - 70% неформально занятых в формальном секторе, или около 8% всего занятого населения. Общая доля вклада неформальной занятости в формальном секторе в занятость населения республики составляет 11%. В данном случае речь идет о неофициальном найме работников на официально зарегистрированных и работающих вполне легально предприятиях. Широкое распространение основной части неформально занятых работников в названных сферах объясняется рядом причин. Во-первых, подобные формы найма легче распространяются на малых предприятиях (которым прежде всего представлены указанные сектора экономики), не обремененных многими формами отчетности, обязательными для средних и крупных предприятий. Во-вторых, как сельское хозяйство, так и торговля, а также сфера услуг, в силу специфики труда в отраслях допускают разнообразие нестандартных форм и режимов занятости. Эта специфика связана с отсутствием сложного оборудования, требующего формального закрепления работника на рабочем месте; высокой долей низкоквалифицированного труда, либо труда, не предполагающего освоения специфических навыков и знаний, обусловленных в других случаях типом производства; быстрым изменением конъюнктуры и неустойчивостью спроса. Указанная специфика труда, с одной стороны, облегчает неформальный наем, а с другой – предъявляет спрос на гибкие формы занятости, которые и способствуют распространению неформального найма. Отсутствие отчетности, возможность быстрого найма и увольнения работников в зависимости от потребностей предприятия, отсутствие институциональных барьеров как для освобождения от неподходящих работников, так и для изменения режима труда – все эти свойства повышают потребность работодателя в неформальном найме в названных сегментах экономики во многих странах и прежде всего – странах СНГ, где системы государственного регулирования занятости только проходят апробацию.   

Как показывает опыт России, дальнейшее развитие сектора услуг и торговли и упорядочение нормативной базы трудовых отношений (при отсутствии жестких институциональных ограничений) способствуют легализации занятости в этом секторе, а значит,  легализации заработков и росту числа плательщиков пенсионных взносов.

Особенности труда в промышленности, на транспорте и в общественном секторе существенно отличаются от названных выше сфер по уже упомянутым обстоятельствам, в связи с чем распространение неформальной занятости в них не может быть широким. Это и подтверждают данные статистики. При этом в общественном секторе, к которому отнесены государственное и общественное управление, образование, здравоохранение и социальное обеспечение, большая часть предприятий принадлежат государству, что еще более ограничивает неформальные формы найма, хотя, как мы видим, не исключает их совсем (См. рисунок 24). В то же время в целом 97% занятых неформально в формальном секторе экономики работает на частных предприятиях, это касается как мужчин, так и женщин.

Гендерные различия в распределении неформальной занятости обоих типов по отраслям показывают, что неформальная занятость мужчин отличается большим разнообразием сфер приложения труда, тогда как женская фактически сводится к работе в сельском хозяйстве, сфере торговли и услуг. Причем, если в формальном секторе наибольшая доля женской неформальной занятости приходится на торговлю и услуги, то в неформальном – 80% занятости составляет сельское хозяйство. Можно надеяться, что развитие рыночных реформ, включая повышение оплаты труда работников, а также совершенствование системы государственного регулирования рынка труда способны постепенно вывести из тени большую часть неформальной занятости в формальном секторе экономики. Однако это может еще долго не произойти в сельском хозяйстве, которое по своей природе более консервативно и экономические отношения в котором труднее поддаются формализации. Это означает, что реальные шансы расширения пенсионных выплат связаны скорее с развитием трудовых отношений в сфере торговли и услуг, чем в сельском хозяйстве, которое при сложившейся пенсионной системе консервирует значительный круг потребителей, но не плательщиков пенсионных взносов. 

Источник: данные Бюро национальной статистики.

 

Источник: данные Бюро национальной статистики.

Серьезных гендерных различий в степени участия в разных формах неформальной занятости – по крайней мере, с точки зрения официальной статистики - не наблюдается (см. таблицу 3). Доля занятых неформально на предприятиях неформального сектора несколько выше у мужчин (13% против 11%), тогда как доля работников, занятых неформально в натуральном хозяйстве и по найму у физических лиц – выше у женщин (соответственно 12% против 8% и 0,4% против 0,1%). При этом можно говорить о структурных изменениях внутри неформального сектора. Так, по данным официальной статистики в 2003-2005 гг. увеличилась доля городской неформальной занятости на предприятиях формального сектора и сельской – на предприятиях неформального сектора (см. таблицу 4). Другими словами, неформальная занятость в формальном секторе все больше развивается в городах, в результате чего доля городской неформальной занятости за 2 года превысила долю сельской и увеличилась с 48% до 57%. Это можно связывать с развитием рыночных отношений и, прежде всего, сектора торговли и услуг. Об этом же говорит увеличение доли городской занятости по найму у физических лиц с 68% до 85%.

Что касается занятости на неформальных предприятиях и в домохозяйствах, то здесь продолжает увеличиваться доля сельского хозяйства. Если в 2003 г. сельская занятость составляла 70% занятости на неформальных предприятиях, то в 2005 г. - уже 74%. К приведенным данным следует относиться осторожно по причине естественных трудностей отслеживания неформальной занятости официальной статистикой. В то же время, если зафиксированные гендерные различия в своих общих чертах соответствуют действительности, можно предположить, что неформальная занятость мужчин (занятых в республике, исключая трудовых мигрантов) имеет больше шансов упорядочения и постепенного приобретения формального статуса в связи с тем, что она в большей степени связана с деятельностью предприятий и организаций (как формальных так и неформальных). Неформальная занятость женщин в значительной степени индивидуализирована (занятость в домохозяйствах, ведущих натуральное хозяйство, а также работа по найму у физических лиц). Оба последних вида неформальной занятости  труднее выводятся из тени, трудовые нормы и доходы здесь менее подвержены государственному регулированию. Для пенсионной системы это значит, что сроки и вероятность расширения числа плательщиков в пенсионный фонд за счет мужчин, имеющих сегодня неформальные заработки в Республике, выше, чем за счет женщин.

Таблица 3.
Структура неформальной занятости в % к общему числу занятых, 2005

 

Неформально занятые, в общей численности занятых соответствующей категории населения (1)

В том числе (в % от числа занятых соответствующей категории населения)1:

Неформальная занятость на предприятиях формального сектора (2)

Занятость в хозяйствах неформального сектора (3)

Домохозяйства, производящие продукцию для собств. потребления (4)

Домохозяйства, нанимающие рабочую силу2 (5)

Все население

33,4

11,0

12,1

10,0

0,3

Мужчины

33,0

11,4

13,1

8,4

0,1

Женщины

33,8

10,6

11,1

11,7

0,4

Источник: данные Бюро национальной статистики.

Таблица 4.
Структура различных видов неформальной занятости по принадлежности город – село, в % к соответствующему типу неформальной занятости.


Виды неформальной занятости

2003

2005

Город

Село

Город

Село

Вся неформальная занятость

31,5

68,5

30,8

69,2

Неформальная занятость на предприятиях формального сектора

47,8

52,2

57,4

42,6

Занятость на предприятиях неформального сектора

30,5

69,5

26,2

73,8

Домохозяйства, производящие продукцию для собственного потребления

8,3

91,7

5,8

94,2

Домохозяйства, которые нанимают рабочую силу

68,0

32,0

84,8

15,2

Источник: данные Бюро национальной статистики.

Как уже отмечалось в других параграфах, проблемы неформальной занятости и ее легализации с целью увеличения численности плательщиков пенсионного фонда не ограничиваются занятостью внутри республики. По данным официальной статистики, 394,5 тысяч человек уехали за границу на заработки, либо в поисках работы. Эта цифра сопоставима с количеством занятых, вовлеченных в неформальную занятость внутри республики (441 тыс. человек) и составляет около 30% по отношению к общему числу занятых в республике. По этим данным, как и по нашим предположениям, мужчин, выехавших на заработки за пределы страны, вдвое больше, чем женщин (67% против 33%). Разумеется, часть этих людей может вообще не вернуться в республику. В то же время возвращение в национальную экономику этой наиболее мобильной рабочей силы на условиях официальной занятости могло бы оказать большую услугу пенсионной системе, нежели легализация скудных неформальных заработков сельских жителей. 

Выводы

Статистические данные показывают, что в настоящее время неформальная занятость получила в Республике чрезвычайно широкое распространение как среди мужчин, так и среди женщин. При этом неформальная занятость мужчин большей степени связана с деятельностью предприятий и отличается большим разнообразием сфер приложения труда, а женская - в значительной степени индивидуализирована и сконцентрирована в сельском хозяйстве, сфере торговли и услуг. Для пенсионной системы это значит, что сроки и вероятность расширения числа плательщиков в пенсионный фонд за счет мужчин, имеющих сегодня неформальные заработки в Республике, выше, чем вероятность такого расширения за счет женщин.



1. Официальная статистика предполагает, что (1) = (2) + (3) + (4) + (5). В то же время данные, предоставленные по более дробным подгруппам за другие годы, в частности за 2003 г., показывают, что это происходит далеко не всегда. В силу особенностей предлагаемого разделения неформальной занятости на подгруппы, может сохраняться возможность двойного счета (см. также следующую сноску). 

2. В приведенной формулировке не просматривается общего с другими формами неформальной занятости критерия деления на группы.  Представляется, что под данной формой в основном скрывается неформальная занятость лиц, работающих по найму у других частных лиц в рамках оказания услуг. Данное предложение основано на том, что указанный вид деятельности в большей степени характерен для города, чем для сельской местности и в нем больше заняты женщины. В то же время достоверность представленных в этом столбце данных вызывает вопросы, в том числе  в связи с неполнотой заполнения данных в официальных статистических сводках, а также с несовпадением сумм по мужчинам и женщинам с итоговым значением за предыдущие годы. 


Назад К оглавлению Вперед

© Разработка пенсионной модели:
Независимый Актуарный Информационно-Аналитический Центр